Пустыня почти такая же, как степь. Пахнет пылью. Она совсем не та, что была в моей голове — совсем не белая, совсем не безупречная. Пустыня напоминает бесприютного одинокого мужчину, который потерял всякую надежду.
Египет — страна мужчин, безоблачного неба, ломаного русского. Ослепляющий контраст Петербургской зимнести и сонности. В Хургаде множество мест для исследования вопреки всем страшным историям, которые я слышала об этом городе и об этой стране.
Египет учит принятию, учит доверию миру на каком-то ином, новом уровне. Что ты знал о доверии миру, если тебя не окружала добрая сотня арабов-мусульман ежедневно, среди которых ты, несомненно, неверный?! Взять с тебя бакшиш — священный долг каждого. Такая закономерная философия. Такая иерархия Маслоу, где вопрос безопасности просто первостепенней. Такой славный повод проработать Внутреннее_Всё еще раз.
Это Мир мужчин. Мир сплошных мужчин. Концентрация арабов после первого дня пребывания зашкаливает. 98% от всего населения. Не помню страны, где была бы такая чистота нации. Каждый второй здесь Махмуд. А каждый первый – Мухамед. Где здесь женщина, что здесь женщина? Женщина здесь что-нибудь значит? За два дня они встречаются нам лишь дважды.
Выбирать себе спутницу по взгляду – только глаза и остаются видны у женщин в пустыне, которые решают спрятаться под черным никабом – кажется мне весьма привлекательным. Но какой там взгляд… Словно бьет первым прежде, чем кто-нибудь может подумать ударить.
Во взглядах арабов на русских женщин – масло. Густое, тягучее. Кажется, внутри мусульманских мужчин - бесперебойный детектор на русских. «Откуда вы? Знаю, потому что женщина русская». От идентификации не спасает арафатка, не скрывает ничего. Но с мужчиной в этой стране я чувствую себя в безопасности, и можно спокойно передвигаться по городу, исследовать местность, торговаться с таксистами и самим путешествовать в интересные части города без помощи гидов и экскурсоводов.
На третий день кожа темнеет, а речь перестает содержать русские фразы. И местные уже принимают нас то за поляков, то за французов.
Хургада считается международным центром любителей водных видов спорта (особенно, кайт- и виндсерфинг), поэтому здесь великое множество спотов. При отеле Magawish расположена одноименная база кайтсерферов Colona Water Sports. Это особое медитативное место в пригороде Хургады – длинный пляж, множество русских и европейских мальчиков с длинными волосами и серфами, оживленно болтающих по-английски и на родном русском. Здесь всего за 10 евро в день вы получаете все необходимое, в том числе, службу спасения, ветер и хорошую компанию.
В местном торговом центре Senzo Moll (подальше от туристических мест, за 12 километров от отеля, среди красивых арабских светящихся домов-замков) тихо, как у бога за пазухой. Сплошь местные жители, спокойные и сдержанные, с внутренней силой и чувством собственного достоинства, которое чувствуется на расстоянии. Здесь совсем другая Хургада. В одном из магазинов хочется остаться жить, такая благодать. Кажется, на лужайке у этого молла спать безопаснее, чем в номере отеля.
Мы несемся по выжженной пустыне на квадроциклах, подскакивая на неровностях. Ночь, полнолуние, песок везде, песок скрипит даже на зубах. Сначала мне страшно от этой скорости, кажется, что квадроцикл перевернется и сбросит меня. Потом я осознаю свой страх, дохожу до его дна, и все словно замирает внутри. Остается только чистая красота этой полной луны, звезд, бескрайней дороги, огней впереди.
В море кораллы, на берегу растут финиковые пальмы, на небе ни облачка и вечное солнце. Вставать в 7 утра, когда солнце уже светит вовсю, завтракать в отеле и ехать за 15 километров в серферский спот. Помогать запускать кайты, наслаждаться солнцем и шумом моря, есть невероятно вкусные манго и дыни. Такой себе египетский солнечный ретрит с книгами Экхарта Толле в обнимку.
ВКонтакте
Skype
No Comments, Comment or Ping
Reply to “Пустынный ретрит”